admin on 8th Сентябрь 2009

В пути встретили следы туркменского аула, разграбленного басмачами. На всем виднелись следы разрушения и насилия: разбросанные остатки юрт, лохмотья одежды, куски веревок, жестяные бидоны. Все колодцы, которых насчитывалось здесь более полутора десятков, были засыпаны. Ни в одном не было ни капли воды.
От последней воды наш отряд прошел 103 км, наши запасы ее близились к концу. Единственным выходом было рытье колодца. Несмотря на усталость, мы половину ночи копали сырую землю и песок. За ночь подняли на поверхность более ста ведер с породой. Наутро показалась вода.
Была устроена дневка, разрешено мыться, стирать белье и вообще расходовать воду без ограничения. Напились и верблюды, а затем небольшими группами разошлись по сторонам. На костре мы вскипятили чай и пили его с наслаждением, хотя вода немного отдавала затхлостью и сероводородом.
Отряд двигался все дальше. Работа продолжалась. Ежедневно на планшет наносилась причудливая лента маршрута с редкими названиями. Пунктиром ложилась тропа, точками изображали песчаные гряды, кружочками — колодцы. Расстояния измерялись по выверенному шагу верблюдов. Почти каждый день опреде­лялись широта и долгота стоянок и гипсометрических пунк­тов.
После дневного перехода, на месте ночевки начинались приго­товления к ночным работам: устанавливались треноги для астро­номических инструментов, закапывался медный колокол-фунда­мент для гравитационных маятников. В палатке кипятили гипсо­термометр, по показаниям которого определяется высота местно­сти над уровнем моря. Небольшим универсальным инструментом определялось магнитное склонение. Когда лагерь погружался в сон, в темноте вспыхивали маленькие электрические фонарики, ос­вещавшие инструменты и лица наблюдателей. В большой палатке всю ночь, согнувшись над хронометром, сидел сотрудник, отсчиты­вая качание маятников.

Метки: ,